Сбережения в долларах, в ловушке найры: почему корреспондентские счета больше не работают для миллионов нигерийцев

Когда найра упала ниже ₦1 000 за доллар в конце 2023 года, нигерийцы, которые годами открывали домицилярные счета и откладывали сбережения в иностранной валюте, могли ожидать, что окажутся в безопасности. Вместо этого многие из них обнаружили нечто, о чём регуляторные документы никогда прямо не говорили: хранить доллары в нигерийском банке — не то же самое, что иметь к ним доступ.

Это различие, годами скрытое относительно стабильными обменными курсами и удобством банковской рекламы, стало главным источником разочарования в экосистеме «дом»-счетов Нигерии.

Сегодня иностранная валюта числится в книгах, подсчитанная в сводных цифрах, которые Центральный банк Нигерии (ЦБН) публикует с очевидной гордостью. Но для рядовых владельцев счетов практический опыт нередко сводился к очередям, нехватке наличных и регуляторному режиму, меняющему правила так часто, что сами счета стали ненадёжными.

Носа Майкл открыл домицилярный счёт с конкретной целью. Ему нужен был счёт в евро для получения платежей непосредственно из Европы, а также долларовая карта для пополнения кошелька Meta Ads. На это ушло два дня, длинная анкета и полдня в отделении банка.

"Там была целая форма с огромным количеством вопросов," — сказал он.

Когда счёт наконец активировали, переводы с него так и не заработали. Сейчас он им не пользуется.

1/3 всех банковских депозитов простаивает

Масштаб того, что поставлено на карту, весьма значителен. Согласно последней статистике денежно-кредитной сферы ЦБН за февраль 2026 года, компонент «квазиденег», в котором хранится домицилярное богатство страны, раздулся до колоссальных ₦79,57 трлн. Для сравнения: в июне 2023 года этот показатель составлял ₦17,65 трлн. Однако этот рост на 350% в пересчёте на найру — глубокая иллюзия «бумажного богатства».

Рост является прямым следствием продолжающейся девальвации найры, которая повысила эквивалент в найре каждого доллара, уже лежащего на этих счетах. В долларовом выражении чистые иностранные активы (ЧИА) в системе в настоящее время колеблются около $20,8 млрд (₦28,1 трлн в показателях ЧИА). Рост в пересчёте на найру скрывает более важную истину: этот капитал заперт.

Профессор Адеола Аденикинжу, экономист и бывший президент Нигерийского экономического общества, отметил в своём основополагающем анализе, что домицилярные счета составляют более трети депозитов в банковском секторе, однако значительная часть этих средств простаивает.

К маю 2026 года этот «простаивающий» пул остаётся парадоксом. Хотя внешние резервы страны значительно восстановились — приблизительно до $50,45 млрд, — частные валютные сбережения клиентов нигерийских банков образуют пул, который по-прежнему сопоставим почти с половиной всего резервного буфера страны. Тем не менее правительство не нашло надёжного механизма для их мобилизации, а граждане — надёжного способа их расходовать.

7 лет меняющихся правил

История регулирования домицилярных счетов в Нигерии за последнее десятилетие представляет собой череду ограничений, вводимых, отменяемых и вводимых снова. Каждый такой цикл порождает новую неопределённость для владельцев счетов, пытающихся строить планы вокруг своих сбережений.

Директива мая 2021 года стала одной из наиболее разрушительных: она ограничила переводы суммой $10 000 в месяц, если источником являлся депозитный счёт наличными. Её дополняло правило «метода финансирования»: если вы получали банковский перевод, вы не могли снять наличные; если вы вносили наличные, вы не могли осуществить электронный перевод. В июне 2023 года ЦБН под руководством губернатора Олайеми Кардосо попытался изменить курс, предписав банкам обеспечить «беспрепятственный доступ» с дневным лимитом снятия наличных в размере $10 000.

Олайеми Кардосо, губернатор ЦБН

На бумаге это была либерализация. На практике — мираж. Нехватка долларовых наличных в банковских отделениях не исчезла от того, что из Абуджи пришло очередное письмо. Клиентам, приходившим в отделения в 2024 и 2025 годах, нередко сообщали, что в отделении нет купюр или что снятие средств подлежит «приоритизации».

К апрелю 2024 года гайки закрутили ещё сильнее. ЦБН запретил использовать депозиты в иностранной валюте в качестве обеспечения по кредитам в найре, вынудив корпоративных владельцев домицилярных счетов срочно, зачастую дорогостоящим образом, перестраивать финансирование. Позднее в том же году новые нормативы ограничили физические депозиты наличными в виде купюр крупного номинала ($50 и $100) суммой $10 млн на банк. Хотя это преподносилось как мера по противодействию отмыванию денег, практическим эффектом стало создание ещё одного барьера для законных предприятий, пытающихся ввести заработанную иностранную валюту в формальную систему.

Параллельно с этими циркулярами существует структурная проблема, которую политика не может легко устранить: нигерийские банки инвестируют депозиты в иностранной валюте в зарубежные ценные бумаги, как того требуют нормативные указания. Доллары на домицилярном счёте не лежат в хранилище в Лагосе — они приносят доход на международных рынках. Объём физических наличных, которые отделение может выдать, зависит от ликвидных резервов. Когда спрос резко возрастает, предложение сокращается — вне зависимости от того, что установлено регуляторным потолком.

Кроме того, по состоянию на май 2026 года политика ЦБН «Безналичные 2.0» ввела скрытый лимит. Хотя лимит снятия наличных в размере $10 000 формально существует, совокупные еженедельные лимиты и высокие комиссии за обработку (до 5% для корпоративных клиентов) при крупных операциях с наличными сделали этот процесс ещё более затруднительным.

Канал вывода средств через денежные переводы закрывается

Для нигерийцев, которым было слишком сложно пополнять традиционный банковский домицилярный счёт наличными, международные денежные переводы предлагали альтернативу. Член семьи в Лондоне мог отправить доллары через Western Union, и эти доллары поступали на домицилярный счёт получателя.

Этот путь теперь фактически перекрыт. 1 мая 2026 года вступила в полную силу новая директива ЦБН, обязывающая всех операторов международных денежных переводов (ОМДП) направлять транзакции через специально отведённые расчётные счета в найре. Получатели теперь получают найры, а не доллары, вне зависимости от того, есть ли у них домицилярный счёт.

Масштаб этого сдвига огромен. В 2024 году Нигерия получила около $20,93 млрд в виде входящих личных денежных переводов. К середине 2025 года притоки уже начали снижаться, поскольку операторы столкнулись с надвигающимся требованием «только найра».

Для рядовых получателей выбор хранить доллары больше не принадлежит им на входе. Чтобы получить доллары сейчас, им необходимо найти их отдельно и внести наличными, возвращаясь к тому самому сложному процессу, который канал денежных переводов когда-то позволял обходить.

Обоснование ЦБН — прозрачность и ценообразование — законно. Но для семей и фрилансеров реальность — это утрата свободы выбора и рост комиссий за конвертацию.

Окончательный вердикт

Сочетание десятилетия меняющихся ограничений, физической нехватки долларов и нового правила ЦБН 2026 года об исключительных расчётах в найре через ОМДП в корне изменило ценностное предложение домицилярного счёта. Открыть его по-прежнему возможно. Пополнять его физическими наличными становится всё сложнее. Получать денежные переводы непосредственно на него теперь заблокировано.

$20,8 млрд внутри этих счетов никуда не делись. Они хранятся в системе — цифровой памятник мечте о «твёрдой валюте». Для людей, чьи сбережения представлены этими цифрами, вопрос остаётся открытым: когда им понадобятся доллары, смогут ли они их получить?

Ответ Носы Майкла, который сегодня смотрит на свой неактивный счёт, — это предупреждение для миллионов.

«Незачем», — говорит он.

Для Носы и всё большего числа нигерийцев домицилярный счёт превратился в трофей, на который можно смотреть, но никак не взять в руки.